Дом со смыслом

ROBB REPORT Современное элитное жильё, позволяет экономить ресурсы и минимизировать вредное воздействие на окружающую среду Кризис изменил предпочтения покупателей дорогого жилья. Теперь на продажи «работают» не столько имя архитектора, яркий фасад и новые технологии, сколько философия строительства. Как заметил недавний лауреат самой престижной в архитектурном мире Притцкеровской премии, здание не должно отвлекать внимание от того, что оно содержит в себе. Самый большой шик – жить в доме «со смыслом», девелопер, а потом и жители которого исповедуют бережное отношение к окружающей среде. За границей концепция green living уже глубоко укоренилась в сознании девелоперов и владельцев недвижимости. В России пока всё иначе. Рассуждая об экоархитектуре, многие отечественные эксперты забывают, что её цель заключается отнюдь не в красоте и удобстве. Здания, получившие «зелёные» сертификаты LEED и BREEAM, не всегда прекрасны и на 100% комфортны для проживания. Они служат очищению окружающей среды и очистке совести жильцов. Такие дома должны экономить ресурсы и выбрасывать наружу меньше всякой гадости. Например, по принятому стандарту green buildings потребляют электроэнергии на 25% меньше, чем обычные дома, и жильцы обязаны соблюдать ограничения. Дом должен быть построен из материалов, подлежащих вторичной переработке. То есть, если здание будет снесено, его останки не увеличат размеры помойки где-нибудь на мусорном полигоне в Подмосковье, а будут пущены под пресс, стёрты в песок и т. п., а потом снова превращены в кирпич и другие материалы. При этом, с точки зрения жильца, ценность здания, построенного из таких материалов, вовсе не очевидна. «Тенденция экодевелопмента набирает в нашей стране обороты, хотя до того трепетного отношения к окружающей среде, какое я наблюдаю в Европе, нам очень далеко», – говорит Сергей Козловский, президент компании Villagio Estate. В России только формируется потребительский спрос на жильё, отвечающее высоким экологическим стандартам. По словам директора по развитию компании «Калинка Риэлти» Алексея Сидорова, проблема в том, что «в России сейчас нет системы экологической сертификации, а есть ГОСТы, в которые не включены экостандарты». Некоторые проекты уже позиционируют себя как green buildings, но чаще всего только по причине своего местоположения и количества зелёных насаждений на территории. Валентина Становова, первый вице-президент Capital Group, говорит, что МФК «Город Столиц» и «Легенда Цветного» вполне соответствуют критериям «зелёных» по международным стандартам LEED и BREEAM. Козловский утверждает, что в России экоархитектуру надо искать за пределами городской черты, где есть больше возможностей развернуться «вширь». «Все эти годы, реализуя проект Millennium Park, мы шли именно по пути слияния искусственно создаваемого ландшафта – десятков гектаров парков и оранжерей, ки- лометров искусственных каналов – с комфортной в бытовом плане средой в виде грамотно сплани- рованных улиц и современными архитектурны- ми решениями домов», – говорит эксперт. Так что в России экоархитектуру можно назвать скорее перспективным трендом, но никак не главным. Тимур Сухарев, коммерческий директор компании «Реставрация Н» приводит в пример принца Чарльза, возглавляющего фонд, где разработан проект «Натурального дома». «Природный дом – попытка вывести новый вид «зелёного здания», – говорит принц Чарльз. – Он не несёт свою «зелёность», как будто это последняя новинка высокой моды, но имеет гораздо больше отношения к тому, что на Хай-стрит называют хорошими манерами и вежливостью». Robb Report выбрал лучшие образцы «вежливой» архитектуры в России и мире В мире New York by Gehry (Beekman Tower) Самая обсуждаемая жилая но- востройка «Большого яблока», 265-метровая башня по проекту Фрэнка Гери в Нижнем Манхэттене, не на шутку взволновала мировую общественность, подтвердив первенство Нью-Йорка среди городов с самыми красивыми небоскрёбами. The Met Здание в самом центре Бангкока критики назвали «улицей в небо». Высотный жилой дом (230 м) с 370 квартирами – гениальное переосмысление брутализма, архитектурного течения 1950–1970-х годов – и импровизация на тему знаменитой Trellick Tower в Восточном Лондоне. Chips Проект «главного хулигана английской архитектуры» Уильяма Олсопа в Манчестере. Его здания поражают неожиданными формами и красками, но при этом удобны и экономичны. 10-этажный дом на 142 квартиры в районе Нью-Айлингтон точно рас- считан на неординарных жильцов. 40 Bond Дом в Нью-Йорке по проекту бюро Herzog & de Meuron в соавторстве со звёздным отельером Яном Шрагером стал сенсацией ещё и потому, что его создатели одними из первых соединили проживание в резиденции с гостиничным сервисом пятизвёздочного отеля. Cornwall Terrace Резиденции – реконструированный памятник архитектуры XIX века по проекту Джона Нэша (автор про- екта Букингемского дворца), в лон- донском Риджент-парке. Окна вось- ми роскошных резиденций выходят в парк, ключи от которого, по старой традиции, вручают жильцам. One Jackson Square Торжество архитектурной геометрии в престижном Гринвич-виллидж – жилой дом с 35 апартаментами, виртуозно вписанный в историческое пространство. Фасады и интерьеры частично обшиты бамбуком, а зелёные крыши выступают продолжением соседнего парка. В России Mercury City Tower в ММДЦ Апартаменты класса А с уникальными панорамными видами удачно соседствуют с современными офисами. Утонченный дизайн, элегантность, а также превосходные архитектурные качества воплощены благодаря использованию новейших технологических разработок. Посёлок «Медовый» Скандинавский конструктивизм финского бюро Arkval и клубный дом по проекту всемирно известного архитектора Гаэтано Пеше обеспечил «Медовому» редко встречающиеся в российских загородных резиденциях строгость, выдержанность, минимализм и комфорт. Knightsbridge Элитный квартал из четырёх малоэтажных особняков в стиле английского неоклассицизма станет одним из самых значимых проектов, причём не только в России. Сейчас Knightsbridge проходит сертификацию по стандартам «зелёного строительства» BREEAM. Садовые кварталы Аналогов этому проекту нет даже в мировой практике. Микрорайон состоит из четырёх жилых кварталов на территории площадью более 11 га, со своей инфраструктурой, парковой зоной и подземным автомобильным движением. Можно сказать, что это город в городе.
Источник: ROBB REPORT